Огненное море - Карен Аветян

Я начал подходить к Иисусу, а белое пространство вокруг меня начало преображаться во что-то знакомое и родное. И чем ближе я подхожу к нему, тем отчетливее оно становится. Наконец я встал перед Иисусом и посмотрел на него. Можно ли, посмотрел человеку в глаза, понять, что в нем нет ни капли зла? Наверное, нет. Глаза не такие уж и разговорчивые. Но глаза Иисуса совсем другие. В них я вижу ярчайший луч света, способный осветлять грешные души людей. Рядом с ним так тепло и приятно находиться.

— Дориан, я хочу подарить тебе право выбора, — сказал он. — Смерть или жизнь.

Неожиданно пространство передо мной начало искажаться. Я сделал несколько шагов назад.

— Не бойся, — положив руку на мое плечо, сказал Иисус. — Подойди поближе.

— Что происходит, — поинтересовался я.

— Посмотри налево. Здесь смерть, — указал Иисус. — И направо. Здесь жизнь.

Передо мной появились две своеобразные бесформенных двери в искаженном пространстве. Из левой послышался чей-то голос. Я дотронулся рукой до этой штуки, затем засунул туда кисть руки. Странное ощущение. Я её не чувствую. Высунул кисть руки и решил засунуть голову. Я посмотрел на Иисуса, чтобы спросить разрешение.

— Ты можешь это сделать, — одобрительно кивнул Иисус. — Но не торопись принимать окончательное решение.

Что это такое? Знакомое место. Нет… знакомые места. Это же Киншаса. А этот дом… это же мой дом. Боже, тут и наши курицы. Это точно мой дом. Вдруг послышался чей-то голос. Он куда-то меня зовёт.

— Ты меня знаешь, — улыбнулся мужчина. — Идём со мной, Дориан. Вся семья тебя ждёт.

— Отец… ты ли это?

— Он тебя не слышит, — сказал Иисус. — Это твой отец. Радша Имаму.

Имаму Радша. Да, это он.

— Что же ты выберешь, Дориан? Смерть и долгожданная встреча с твоей семьей? Или жизнь и встреча с людьми, которые сделают твои жизнь по-настоящему прекрасной, одарив тебя заботой, лаской и искренней любовью?

Вдруг послышались чьи-то голоса:

— Я должен сообщить его матери о смерти… — Мистер Менди, я позабочусь об этом. — Нет. Это моя обязанность

— Что это за голоса? — спрашиваю я.

— Они хотят сообщить Мери о твоей смерти.

Я осторожно засовываю голову в правое измерение. Передо мной сразу же возникли знакомые мне силуэты: мистер Менди в своем привычном обличии, успокаивающий Мери, милая Мери, которая почему-то плачет (видимо, из-за моей смерти… я и сам до конца не понял, что сейчас со мной происходит в реальном мире) и Крис, готовящийся к выполнению трюка, будто бы парящий на волнах с помощью доски для серфинга. Похоже, соревнования уже начались. Смотрю на табло — Крис лидирует. Значит, мне придётся остаться в реальном мире. Нужно сдержать обещание, которое я дал ему за несколько дней перед операцией.

— Отец, извини. Нам не суждено встретиться с тобой именно сейчас. Передай всем, что я соскучился, — сказал я папе. — Я всё ещё хочу жить.

— Хорошо, — ответил Иисус. — Но перед тем как я дарую тебе жизнь, хочу задать тебе один вопрос: что такое для тебя «жизнь»?

Что такое жизнь…

— Когда-то мне приходилось рассуждать на эту тему с самим собой, но, видимо, тогда я был слишком мал и недостаточно умён. А сейчас я с полной уверенностью могу сказать, что для меня жизнь — это случайность судьбы, то есть череда совершенно неизвестного, относительно известного, известного, но случайного вперемешку с тем, что предначертано мне судьбой.

— Я услышал тебя, сын мой. Как только ты вернешься обратно, тебя ждёт неминуемое воссоединение с настоящей светлой силой. Она поможет тебе быть настоящим человеком. Теперь ты можешь идти. Прощай.

— Спасибо тебе за всё, Иисус, — сказал я и шагнул в правое измерение, в «мир живых».

14 июня 2028 года

(за неделю до начала соревнований)

Крис

Можно бесконечно смотреть на 3 вещи: на разгорающееся пламя огня, на падающий с огромной скоростью поток воды и на своё счастье. Нет ничего прекрасней осознания того, что всё кончено, и ты сумел сдержать своё обещание и победить. Нет ничего прекрасней осознания того, что твои родные и близкие живы и здоровы. Но Дориан… он должен сдержать своё обещание. Этот мальчик напоминает мне справедливость. Это справедливость в человеческом обличии. Он настолько честен и добр к окружающими и правдив с самим собой, что иногда мне кажется, что он свят. Мне кажется, что он — это реинкарнация Иисуса из Назарета. Да. Как бы глупо это ни звучало, но я действительно верю в это. Почему? Просто потому что мне хочется в это верить. Вот и всё.

Теперь всё будет совсем по-другому. Сёрфинг навсегда останется в моём сердце, но я хочу позаботиться о своей семье. Денег у меня предостаточно, а вот счастье я ещё не обуздал. А ведь правду говорили русские: «не в деньгах счастье». Пора отложить сёрфинг на полку и заняться этим несправедливым миром всерьёз.

Хочу сообщить вам ещё кое-что. Это очень важно для меня. Дориан согласился стать членом нашей семьи. Он согласился стать нашим приёмным сыном. Но я даже не могу предположить, как к этому отнесётся Мери. Но Дориан сказал мне, чтобы я не беспокоился насчёт этого, ведь Мери относилась к нему очень хорошо. Но я всё равно должен обговорить с ней этот непростой момент, и мы решим вместе. Она должна согласиться. Я верю.

Благодарю тебя, Иисус, за то, что ты преподал мне этот важный урок. Видения, посланные тобой, и ты в человеческом обличии подарили мне то, что я когда-то потерял в один миг, и то, чего мне так не хватало. Не могу сказать, что я перестал быть эгоистом. Нет, к сожалению, мне не удалось излечиться от этой «болезни» до конца, но время идёт, и я становлюсь всё умнее и умнее. Теперь меня не волнует слава и богатство. В данный момент я хочу приступить к разработке новых, не предполагающих извлечение прибыли, проектов, которые предназначены только лишь для свершения добрых дел. Я сказал, что я изменю этот мир. Вот увидите — я это сделаю. И не один. Со мной моя семья, а где-то в глубине души находится божественный дух.

Глава 18

14 июня 2028 года

(за неделю до начала соревнований)

Мери

Я бесплодна. К сожалению, врачи не смогли решить эту проблему. Никто не знает, что это: болезнь, мутация или новая патология. Мы хотели взять ребенка из детдома, но почему-то передумали. Наверное, испугались ответственности или хотели еще немного пожить для себя. Но рано или поздно в жизни каждой семейной пары наступает тот момент, когда они хотят обзавестись ребенком.

Дориан. Этот мальчик нуждается в материнской любви. Когда я смотрю в его глаза, мне хочется заплакать, потому что я вижу в них одиночество. Судьба поступила с ним слишком жестоко. Да и разве она когда-нибудь думала о том, чтобы кого-то пожалеть? Ей наплевать на чувства человека. Судьба эгоистична. Ей нужно только непрерывное исполнение сюжета жизни каждого человека, поэтому когда человеку удаётся изменить сюжет своей жизни, она словно приходит в бешенство.

Дориану было суждено остаться в детдоме, в той глуши, но его жизнь так резко изменилась. И я не могу допустить этого и не хочу. Но я не уверена, захочет ли этого он и Крис. Пора сказать ему это.

— Крис, у меня к тебе есть серьезный разговор.

— Да, любимая. Что-то случилось? Говори.

— Нет, Крис. Всё в порядке, — сказала я. — Но…

— Но что? — спросил Крис и подсел рядом.

Я повернулась в его сторону. Он нежно взял меня за руку и снова задал тот же вопрос.

— Крис, — сказала я. — Я хочу поговорить с тобой о нашей семье.

Крис немного удивился. Мы настолько